Окольцованные вечностью

- 15 -
Не знаю названия этой главы. Когда я так теряюсь, когда начинает не хватать направляющего определения, перечитываю один и тот же параграф праоники и останавливаюсь на одних и тех же магических для меня словах «…ливни вторичных частиц». Бывает в неопределённом словосочетании что-то такое, что зачаровывает и рождает желание возвращаться и возвращаться к мелодии фразы. Но здесь не просто мелодия, здесь нечто, что зовет или к разгадке, или просто к вере. Если быть точнее и честнее, эта фраза словно оживляет все во мне, а частицы чувства разгоняет до крайней степени.

    Сегодня шла по улице медленно-медленно и, не отрывая ног от асфальта, словно маленькая девочка, свозившая ботиночками пушистый снег, оставляла за собой непрерывный след. Увидев это, люди сначала как-то замирали, но, встретившись со мной взглядом, начинали улыбаться, мол, эти беспечные, роскошно одетые женщины что только себе не позволяют!
И действительно, я шла, забавляясь, как ребенок. Снежинки укутывали меня, что кружевная шаль, таяли на щеках и затянутых в перчатки ладонях, прохладные капли затекали в рукава и щекотали запястья. И все это мне нравилось, все это приводило душу в состояние неограниченной внутренней радости.
Вдруг, не понимая себя, я резко шагнула к дороге и подняла руку. Так же резко, будто по мановению волшебства, остановилась машина. Как и все вокруг, она была укутана липучим снегом так плотно, что увидеть человека за рулем через стекла было невозможно. Я открыла дверцу и, не взглянув на водителя, села рядом.
Машина тронулась тихо-тихо. В эту же минуту я поняла, что сейчас облепивший шубу снег начнет таять и превратит меня в мокрую мышь. Я всплеснула руками и, только когда снег взметнулся и осыпался на лежащие на руле руки, виновато обернулась – на меня смотрели светлые улыбчивые глаза. Мужчина удивленно вскинул брови и как-то по-родному спросил:
- Будете дотаивать здесь или остановить?
- Буду дотаивать! – и я сняла шапочку, густо покрытую огромными каплями, в глазах моих читался вопрос.
- Да стряхивайте уже на задние сидения, -  улыбнулся щедрый господин.
Я стряхнула. Брызги полетели и обдали мне все лицо! Я посмотрела на мужчину, и… он вдруг резко затормозил. Несколько секунд он смотрел на меня, смотрел, а потом, как-то особенно подняв руки, своими горячими ладонями вытер мне щёки. Как котенок, попавший в надежные руки, я зажмурилась и произнесла:
- Стряхните, пожалуйста, и шубу.
Мужчина бережно снял с меня шубку и вышел из  машины. Встав впереди, он начал осторожно, совершенно так же, как какого-то бесценного живого зверька, отряхивать манто. Поваливший в это время снег снова и снова оседал на мех, и мужчина стряхивал его, покрываясь при этом снежным пухом.
Я смотрела, смотрела… потом надела шапочку и, уверенно открыв дверцу, вышла из машины.
Не сказав и слова, мужчина, как самый галантный кавалер, надел на меня шубу и, медленно её застегнув, замер передо мной. С минуту мы стояли не отрывая глаз от глаз, затем я мягко повернулась и пошла по аллее. Теперь я и не думала свозить ботиночками снежный ковер, а шла, как если бы шла по подиуму под восхищенными взглядами тысяч людей.
И так я все шла и шла, представляя смотрящего мне вслед заснеженного мужчину, а когда в конце концов оглянулась – ни его, ни машины уже не было! Я удивленно пожала плечами, постояла немного и заспешила, потому что снег повалил лавиной.
Когда до моего дома только и оставалось что перейти дорогу, я чуть не налетела на резко остановившийся передо мной лимузин.
- Я привез Ваши перчатки! – из открытого окна мне действительно подали мои перчатки. Я протянула руку, чтобы взять их, и мои сырые прохладные пальцы утонули в теплых повелительно ласковых ладонях. Дверца машины распахнулась, и я снова оказалась в уюте комфортабельного салона.
- Кто Вы? – не спрашивая, спросила я светлоглазого, или рано поседевшего, или почти беловолосого мужчину.
- Я – ищущий спасения! – как-то знакомо улыбнулся он и тронул с места.
Машина мягко-мягко покатилась… и…  
Вздрогнув, коротко, я очнулась!
Поежившись, стряхнула оцепенение вместе с облепившими ресницы снежинками и… словно девочка, заскользила ногами по заснеженному асфальту.
Навстречу мне шли убеленные люди, и все-все точно так же будоражили ногами сверкающий снег.\\\\

 

16

     Спрашиваешь, мол, почему вдруг оборвала рассказ о моей невероятной встрече с Незнакомцем, почему реальность превратила якобы в вымысел? Меня испугала нахлынувшая жажда откровенности, желание заставить тебя прочувствовать все, что дано было в тот волшебный день познать двоим.
Сейчас эта жажда вновь обострилась. Твое беспримерное внимание увлекает меня, заставляет вновь и вновь переживать свершившееся.

     Да, да, не понимая себя, словно погружаясь в какой-то чудесный сон, я снова села в машину Незнакомца. Моей душе хотелось продолжения начавшейся сказки, а чувствам – реальной жизненной остроты.
Природа одаряла невероятностью и требовала подчинения чуду.
Машина мягко катилась по труднопроходимому снегу, а мы, поддаваясь ощущению, будто уже плывем по небу в густых облаках, дарственно улыбались.
Пошел совершенный снежный ливень! Дворники работали на всю мощь, но перед стеклом рос сугроб, а видимость становилась практически нулевой. Мы удивленно и в то же время вопрошающе смотрели друг другу в глаза, но на вопрос, как быть – ответа не находили.
Движение впереди идущих машин замедлялось и замедлялось, говоря о том, что где-то образовалась пробка. Понятно было, что скоро еле-еле продвигающийся караван встанет.
Завидев справа узкий проезд, Незнакомец вскинул на меня вопрошающий взгляд, и я кивнула. Потихоньку он свернул с дороги и словно на ощупь начал продвигаться внутрь квартала. Ни о чем не спрашивая, я безмятежно наблюдала за маневрами автомобиля. Странно, но мне было все равно, куда везет меня этот самоуверенный красивый мужчина.
С каждой секундой во мне расселялось бесконечное  чувство доверия и разгоралась такая глубинная чувственность, что дар здравого размышления сгорал в ней без остатка.
Мощный двигатель напряженно урчал, машина то и дело натыкалась на заваленные снегом препятствия, а в салоне становилось жарко. Все это и веселило нас, и неумолимо распаляло и без того дошедшие до неуёмности чувства.
Налетев очередной раз, по-видимому, на высокий бордюр, Незнакомец с силой сдал назад и остановился. Минута, две, три… мы смотрели друг другу в глаза и чувствовали, как все и вся вокруг словно погружается в томительно-сладостный сон.
- То, что я сейчас чувствую, мне дороже жизни… – клятвенно-тихо сказал Незнакомец, и серьезный взгляд его превратился в тоннель, уносящий меня в бездну вселенной. Мое дыхание остановилось, вся моя сущность устремлялась по этому магическому тоннелю в неизмеримом желании испить едва ли не смертельный глоток безвозвратности, и… словно уже на прощание с явью, я успела прошептать:
-   Нужно выбираться отсюда…  иначе…
- Иначе… - повторив мою интонацию, протянул Незнакомец и опустил глаза.– Иначе… - и он до хруста в пальцах сжал руль. Овладев собой, он включил щетки на полную мощность и с силой тронул машину.
Интуитивно определяя проездные пути, Незнакомец уверенно вывел машину на какую-то дорогу. На этой неширокой улице почти не было движения, по одной её стороне шли старинные жилые особняки, а по другой тянулся лесопарк.
Начало смеркаться. Фонари еще не зажгли. Непрекращающийся снегопад заваливал и заваливал все вокруг, и мы неспешно катились по глубокой колее, совершенно не думая, куда ведёт эта дорога. Во мне царило чувство полного трын-травентсва, а мужчина рядом посматривал на меня и тихо улыбался.
- А Вы не боитесь, что мы заедем в какой-нибудь непролазный тупик? – чтобы нарушить молчание как-то задиристо спросил он.
- О-о-очень боюсь! – этим же тоном воскликнула я, - Пусть бы нас лучше в том дворе завалило с головой!
- Нет, только не во дворе! – весело возмутился Незнакомец. И в этот момент мы оба увидели широкую аллею, ведущую в парк.
- Что если мы свернём направо? – не спрашивая, спросил самоуверенный мой водитель, включил дизель на полные обороты и, круто заворачивая руль, выбрался из колеи. Машина легко шла по глубокому снегу к довольно широкой аллее.
- Какое безлюдное царство! – удивленно протянула я, любуясь красотой громадных, по-театральному заснеженных деревьев. Сросшиеся уже безлистные их кроны почти не пропускали снег, поэтому аллея не была завалена им так, как дорога. Правда, по мере продвижения в глубь парка становилось все темнее, но зачарованные тишиной и полным безлюдьем, мы и не думали включать фары и освещение в салоне. Состояние первозданности природы было столь явственно, что человеческая наша сущность терялась в его живородящей ауре. 
Постепенно изнутри всех моих составных стало подниматься невыразимое, необозримое какое-то чувство. Надвигаясь всесокрушающей волной, оно начало перекрывать во мне все и вся. Я перевела глаза на замолчавшего вдруг мужчину и поняла, что этой же силы  тайфун уже захватил его и несет мне навстречу…  Машина начала замедлять и замедлять ход и… в момент, когда она уже почти остановилась, мы увидели впереди широкий просвет.
Не отдавая себе отчета, Незнакомец вдруг дал газу так, что, словно какая-то безумно ликующая птица, вылетел на открытое пространство и… Мгновенно, из всех своих недюжинных сил, нажал на тормоза! Машина остановилась как вкопанная, а я, чуть не влетев в стекло, вскрикнула! Опомнившись, я непонимающе вскинула глаза – мужчина, только что являвший беспредельную силу, выглядел едва ли не мертвым.
- Что? – испуганно пролепетала я.
Незнакомец не шевелился и не отвечал. Наконец, он справился с собой и, как-то непонятно улыбнувшись, открыл свою дверцу. Выйдя из машины, он обошел её сзади и, распахнув дверь передо мной, протянул обе руки, я послушно подала свои. Невзирая на происходящее, я не задавалась вопросом, почему так исчерпывающе повинуюсь этому незнакомому человеку, почему доверяю себя так самозабвенно. Не отрывая глаз от глаз, я встала и прильнула к Незнакомцу, и он, шумно выдохнув, повел свои руки вверх по нежному меху шубы. Когда его бережные сильные руки дошли до моих плеч, Незнакомец обнял меня, прижал к себе и закрыл глаза. И в этот момент я опять почувствовала, как все в нем обмерло.
- Что!?? - с замиранием сердца выдохнула я.
Не отвечая, он открыл глаза, взял в свои ладони мое лицо и развернул вперёд… В двух шагах от передних колес машины начинался почти отвесный обрыв, а далеко внизу, меж заснеженных берегов чернела река…
У меня потемнело в глазах…